Младенцецентризм, или жизнь, сосредоточенная на ребенке

pinterest.com

Младенцецентризм, или жизнь, сосредоточенная на ребенке

Когда родила первая из моих подружек, моему изумлению не было предела – она могла говорить только о своем ребенке! Младенчик был, конечно, симпатичный, но я не понимала, что тут можно часами размусоливать – обсудили немножко, да и вернулись к интересному. Так нет же: плохо берет грудь, научился улыбаться, болит животик, не спит в коляске – детские темы не кончались, а на интересное мы так и не свернули. Я даже маме собственной посетовала при случае: представляешь, с Настей стало совсем не о чем поговорить! Прошло года три, и родила уже я. Спустя месяц мама лукаво улыбнулась в разговоре. – Ты не замечаешь? Ты говоришь только о ребенке.

Когда появляется младенец, поначалу он неизбежно становится центром вселенной и все кирпичики ранее привычного мира выстраиваются в совершенно незнакомом доселе порядке. Верно выбранная марка подгузников оказывается существенно важнее верно выбранных либеральных лидеров, а время первого прикорма – несоизмеримо волнительнее, чем время распродаж. Твои собственные увлечения и интересы отходят на второй план, уступив место маленькому человеку, которого ты произвела на свет.

Странность заключается в том, что совершенно безотчетно для себя ты начинаешь требовать от других не только уважения к твоим новым приоритетам, но и полного подчинения им. Хотя у друзей ничего не поменялось, кроме тебя, которая раньше танцевала до утра, а теперь всерьез озабочена дилеммой: «Гербер» или «Бабушкино лукошко». А коллеги в изумлении от твоей инсталенты, в которой теперь одни перевязочки на упитанных, но вполне себе обыкновенных младенчиковых ножках. Тебе, в свою очередь, кажется странным, что подруга может битый час обсуждать какого-то незвонящего придурка и шефа-идиота. Вместо того, чтобы попивать винишко и задавать стимулирующие «а ты?», «а он?», ты сидишь унылая, как жена Семена Семеныча Горбункова. И ждешь, когда можно будет рассказать, что твой ребенок научился сам вставать в кроватке. А проигранный коллегами долгожданный питч вообще кажется неимоверный ерундой на фоне того, что у младенца сбился сон.

Вместе с ходом мыслей меняется речь. То, что звучало смехотворно глупо из чужих уст, приклеивается и к тебе: с говорением о ребенке во множественном числе первого лица просто какая-то беда. Эта напасть не минует ни одну, даже самую адекватную маму. Предательское «мы едим» (мы покушали – зачеркнуто) хоть раз позволяла себе каждая из моих детных знакомых, вовсе не имея в виду, что она ковыряется в банке с брокколи для удовлетворения собственного голода. Это не просто манера выражаться, это суровая реальность – сложно отделить себя от маленького человека, каждое его усилие – ваше совместное, каждое достижение – и твое тоже!

Конечно, крепче всех достается мужу – вечером на него выливается шквал этих «мы покакали» и «мы поползли». И нет никакой пролактиновой возможности понять, что уставшему супругу проникнутся этим докладом на ежедневной основе просто невозможно. В лучшем случае муж устало и монотонно реагирует: да что ты, дорогая (в худшем – скачивает тиндер, зачеркнуто)! А ты непременно обижаешься на то, что он недостаточно восхищен вашими успехами и вообще сухарь и безразличный человечишка.

Впрочем, твои атаки направлены не только на близких. Очень хорошо помню свое возмущение в парке возле дома: не все ходят мимо нашей коляски на цыпочках и с придыханием! Мне это казалось невероятным, возмутительным, чудовищно глупым – там же спит человек, так старательно мною уложенный. Как вы смеете будить его глупым смехом, шарканьем, бездарными телефонными беседами! Однажды рядом прогуливались двое подростков и один из них, приметив мое колясочное покачивание и напряженное лицо, показал беззвучно другому – тссс! Ручаюсь, у этого золотого человека подрастает дома маленький братик или сестра, а мама, возможно, как и я, немного двинулась на почве младенческого сна. Я запомнила подростка с благодарностью – как единственного разумного в этой шестой части суши.

Еще хорошо помню, как мне хотелось хвастаться дочкиными умениями. – Вот, начала на днях тут говорить предложениями, - небрежно замечала я, гордо приподнимая бровь. По моим представлениям, для неполных полутора это было необыкновенным достижением и собеседник немедленно должен был воскликнуть: - Да что ты! Это просто невероятно! Но мой визави, даже и имеющий детей, реагировал крайне вяло. Он (нормальный человек) вообще не интересовался нормативами детских умений и знать не знал, что я делюсь с ним чем-то из ряда вон выходящим. Я же закипала на таком равнодушии. Поэтому сейчас, когда я слышу от мамы годовалого хвастливое «мы уже целых 92 сантиметра», я покорно изображаю восхищение: не может быть!!! Хотя, хоть убей, не помню, что там за стандарты по росту у этих мелких.

Думаю, на первых порах такая сосредоточенность на младенчике и даже некоторая одержимость им свойственны практически каждой маме. Это как логическое продолжение беременности, когда мама дышит, ест и пьет и за себя, и «за того парня», когда вы неразрывно связаны и ребенок – естественное продолжение тебя самой. Но проходит годик после рождения дитя (у некоторых, особенно рано вышедших в офис – существенно меньше) и этот детоцентризм идет на убыль. Ты возвращаешься к привычному образу мыслей, начинаешь заниматься собой, читать, интересоваться достойным кино и вином, твои отношения с мужем возвращаются к добеременному статусу, а бездетные подруги выдыхают с облегчением. Ребенок по-прежнему занимает значительное место в твоей жизни, но уже не заполняет ее целиком, не перекрывает горизонт. А тех, кто подзадержался в своей детоодержимости, боюсь, ждет разочарование – младенец растет, и вот он уже не младенец, а полное растворение своих интересов в нем уже кажется лишним всем, включая его самого.

Впрочем, не стоит зарекаться и смотреть на охваченных пролактиновой горячкой свысока. Скорее всего, стоит только родить второго, как Людовик 14-ый с его царственным «мы покакали» снова вернутся в твою насыщенную жизнь – к счастью, до поры до времени.

 

UPD

Этот текст был опубликован в одной из мамских групп в Facebook и вызвал много откликов. В первую очередь, почти все высказались о том, что в материале им не хватило логических заключений - так как же правильно? Что с этим делать? Насколько нормально полное погружение женщины в ребенка? Попробую оправдаться: мне хотелось без облачений в белое пальто и морализаторства дать несколько зарисовок, пищу для размышлений, повод улыбнуться и посмотреть на себя с иронией. Поэтому выводов в посте действительно нет. Но, прочитав столько комментариев с вопросом “а где”, захотелось по горячим следам провести некую работу над ошибками.

Прежде всего, все-таки удивительно, какие мы разные: в комментариях встречались диаметрально противоположные установки. От позиции: “да где вы таких мам видели”, “я никогда не говорила “мы поели”, “не понимаю, зачем грузить друзей своим ребенком”. И до: “конечно, мы все так делаем”, “это естественно, что в этом плохого”, “зачем вы над этим смеетесь?”

Хочу обозначить свою позицию: полное погружение мамы в ребенка, олицетворение себя с ребенком на первых порах - это, безусловно, нормально и естественно, хотя иногда и забавно. Об этом весь мой текст - многие из нас через это проходят, и это прекрасный этап. Проблема возникает тогда, когда ребенок взрослеет, а мама так сосредоточилась на нем, что меняться уже не хочет, боится или не может. Поэтому весь ее мир - это дети, это навязанный им симбиоз. Младенец раздуется неразлучности с мамой, школьник начинает тяготиться, на подростке это повисает мертвым грузом. Начинается история, не такая редкая, как кажется: фигурально выражаясь, “мы поступили в университет” и “мы нашли себе девушку” - когда мама так и не смогла отпустить уже своих выросших младенцев. А дальше - разговоры, о том, как инфантильны молодые люди.

Отношения муж-жена в таких семьях, разумеется, тоже страдают. Упоминание Тиндера в тексте очень резануло (напугало?) многих комментирующих. Хочу отметить, что это - всего лишь шутка, доведение ситуации до абсурда! Но, шутки шутками, а не редкость семьи, в которых муж всегда в конце списка, потому что на первом месте у жены - дети. В которых отец семейства женился на одной, а получил на выходе другую. В которой жена жалуется, на то, что с мужем нет общих интересов - а как они будут общими, если в ее списке только родительские собрания и кружки?

Апдейт получился очень длинным, поэтому поспешу к финалу. Мой главный вывод на все времена таков: всегда лучше уметь посмотреть на себя со стороны, увидеть что-то смешное, понять, принять и пойти дальше. И те, кто умеют это проделать без белых одежд и надрывного самооправдания, всегда в выигрыше. Всем добра))


читай нас в Facebook, обещаем по пустякам не отвлекать
2 Комментариев
  • Comment Author
    Ответить
    Рита
    27.05.2017 в 11:43

    Ну конечно, Тиндер это у других, неблагополучных семей! Тут то все счастливые и отношения на пике страстей, только ребенка вот из родительской кровати бы повывести годам к 5 хоть. И да, у "мы покакали" всегда "наш папа" ну вот просто не муж, не человек с именем, а "наш папа"

  • Comment Author
    Ответить
    Л.Д
    27.05.2017 в 12:03

    Многие спасаются в материнстве от поисков себя, быть мамой и развиваться - для некоторых это непосильная задача! Потому и говорят - а мы не хотим просто))) мы просто мамы классные, а не барахло вот как некоторые)))

ОтменитьДобавить комментарий

Меня волнует, что вас не волнует, или что я думаю о материнстве, боди-позитиве и мизогинии
Меня волнует, что вас не волнует, или что я думаю о материнстве, боди-позитиве и мизогинии
24 июля 2017
Читать, бояться! Или какие детские книги вызвали мое недоумение
Читать, бояться! Или какие детские книги вызвали мое недоумение
06 июля 2017
Имя, сестра! Или кто во что горазд
Имя, сестра! Или кто во что горазд
03 июля 2017